Собственно, на этом вопросе можно было бы и закончить (и начать таким образом дискуссию о службе геев в армии) – но я хочу рассказать, почему я вообще задался этим вопросом: общий тренд в Беларуси просто отличается от  общемирового. Не в первый раз, к сожалению.

Итак, некоторое время назад коллеги опубликовали письмо одного молодого человека:

Прошедши последнюю военную медицинскую комиссию меня признали годным к военной службе.

С первых же дней мне было очень тяжело привыкнуть к жесткому обращению, со стороны сержантов, прапорщиков, офицеров. Я не мог приспособиться к службе. Терпевши всё это 7 месяцев я сорвался. Пролежавши в медицинской роте 1 месяц с порванными связками, я сказал о своей ориентации медперсоналу, с этого момента началось моё самое тяжёлое время – пишет Виталий в своем письме.

Ко мне вызвали психолога, после беседы с ней, она направила меня на консультацию в минский военный госпиталь на приём к психотерапевту. <…>. После всего этого меня признали психологически здоровым человеком и отправили обратно в часть…

<…> Меня называли сумасшедшем, психом, через неделю меня снова отправили на консультацию к психиатру после неё меня положили на стационарное лечение в 23 отделение психиатрической лечебницы в Новинках. Там ко мне отнеслись очень хорошо. Я пролежал там 2 недели и меня комиссовали с расстройством адаптации — статья 18Б. <…>

(Письмо приведено с выдержками, но без разрешения коллег, вы уж извините, я полагаю, ссылки – более чем достаточно).

Интересно сравнить эту историю с тем, что происходил во всем мире, где геи борются за свои права, за право защищать родину! Как это сказано – почетное право и священный долг? То есть наши «сестры» из-за океана считают, что запрещая им служить в армии, их необоснованно лишают почетного права? Более того, хотят служить открыто, а психологи говорят, что ориентация не влияет на степень любви к родине и желании ее защищать (тут я от себя добавлю, что защищать родину, которая защищает тебя и твои права гораздо приятнее, чем делать это в отношении родины, которая ложить на тебя хотела, уж простите каламбур)

Так что тут у нас молодой человек с измененным именем Виталий, который с самого начала не мог приспособится к армии – но при этом комиссован был по причине гомосексуальности, еще раз закрепив стереотип о том, что геи –это слабовольные и феминизированные мальчики, у которых невзгоды способны вызвать расстройства адаптации.

Я понимаю, что Виталию пришлось столкнутся с гомофобией в ее крайнем проявлении. Но достойнее выхода он не нашел, чем признать слабыми нас всех, а не себя одного. Именно из-за таких Виталиев геям не разрешают служить в армии.

И кто виноват в такой ситуации – военкоматовские психологи, которые пропустили человека с расстройствами адаптации – или все остальные геи, которые свое отслужили и не пискнули? Или те, которые пискнули, чтобы не служить (я ни на кого конкретного не намекаю)?

Может быть, этот самый Виталий читает меня и сможет ответить по существу? И вообще, служить геям в армии – или нет?